Андрей вернулся домой после тяжелого трудового дня. Сняв обувь и куртку, он на мгновение замер в прихожей.
Из гостиной доносились звуки: пятилетний Егор гонял машинку по паркету, а трёхлетняя Света что-то настойчиво просила у Надежды на кухне.
Мужчина почувствовал знакомое напряжение. Впереди были два выходных дня, которые нужно было прожить в этом звуковом вихре.
Один Бог только знал, как он хотел просто посидеть в тишине перед телевизором, а не возиться с детьми.
Натянув на лице дежурную улыбку, Олег вошел в гостиную. Почти сразу же его оглушил радостный крик: “Папа пришел!”.
В субботу утром, пока Надежда кормила детей завтраком, раздался звонок в дверь.
На пороге стоял её отец, Вадим Петрович, с удочками в чехле и ящиком для снастей.
— Здравствуйте, Вадим Петрович, — обрадовано произнес Андрей. — А я уж думал, вы сегодня не сможете.
— Нашёлся один свободный час, — ответил тесть. — Решил заехать, новые блёсны показать. Говорят, щука сейчас на них отлично идёт.
Зять увёл Вадима Петровича в гостиную, и они увлечённо заговорили о чём-то своём. Надежда молча наблюдала за ними, вытирая тарелку.
Она заметила, как оживился муж при виде тестя. За последние два месяца они стали неразлучны и часто говорили о рыбалке.
Раньше Андрей никогда не интересовался рыбалкой, в отличие от Вадима Петровича.
Городской житель, он впервые взял удочку на пикнике три года назад и тогда отнёсся к этому занятию равнодушно.
Но вот уже несколько суббот подряд он уезжал с отцом Надежды на рассвете и возвращался затемно, усталый, загорелый, пахнущий костром.
Привозил скромный улов — пару окуней и иногда маленькая щучка.
Муж с энтузиазмом рассказывал о тишине, утреннем тумане над водой, о процессе. Однако жене его энтузиазм казался подозрительно показным.
Однажды в пятницу, вечером, укладывая детей спать, Надежда сделала неожиданное предложение:
— Поезжай завтра на рыбалку вместе с детьми. Проведете время вместе, они хоть воздухом свежим подышат.
Андрей, сидя перед телевизором, мгновенно встрепенулся.
— С кем? С детьми? Надя, ты что, они же маленькие. На воде, с удочками… Это же не отдых, а сумасшествие.
— Ты же сам говорил, что в рыбалке главное — не улов, а сам процесс, природа, — напомнила жена. — Пусть и дети процессом насладятся. А ты им всё покажешь. Отец ведь тебя всему научил?
Андрей промычал что-то невнятное и продолжил смотреть фильм.
На следующей неделе Надежда решила провести эксперимент. В четверг она позвонила отцу.
— Пап, а можно я к тебе завтра вечером заеду? Мне кое-что отдать нужно.
— Конечно, дочка, заезжай, — обрадовался Вадим Петрович.
Вечером в пятницу женщина привезла отцу банку его любимых маринованных грибов. Они сидели на кухне, пили чай.
— Как твои рыбалки с Андреем? — спросила Надежда, как бы невзначай.
Отец сразу же оживился.
— Да прекрасно! Мужик он, оказывается, смышлёный. Быстро всё схватывает. Сидим, разговариваем. Мне с ним легко.
— О чём разговариваете? — стала допытываться дочь.
— Да о жизни. О работе его. Он мне про свои проекты рассказывает, я ему — про старые времена.
— А рыба клюёт?
— По-разному. Иногда наловим, иногда так, для вида. Он не расстраивается. Говорит, главное — воздухом подышать.
Надежда кивнула. Всё стало окончательно ясно. Андрей нашёл идеальный способ избегать родительских обязанностей.
Он пристроился к её отцу, который был счастлив общению и не видел, вернее, не хотел видеть подвоха.
Рыбалка была лишь предлогом. Десять часов тишины и мужской компании в обмен на пару окуней.
Раздувать конфликт жена не захотела. Мужчина начал бы спорить, обижаться, но это не изменило бы ничего.
Нужно было действовать по-другому. “Хитришь? Отлично, поиграем по твоим правилам”, — подумала Надежда.
В следующую субботу Андрей, как обычно, собрался на рыбалку. Он уже надевал куртку, когда Надежда вышла в прихожую с двумя маленькими рюкзачками.
— Возьмёшь детей с собой, — проговорила она не вопросом, а утверждением.
Мужчина замер от неожиданности.
— Ты с ума сошла? Надя, это невозможно!
— Почему? — спокойно спросила жена. — Ты же всё знаешь и умеешь. Покажешь им, как удочку держать. Света будет сидеть в палатке, играть. Егору всё интересно. Папа будет рад внукам.
— Но… это же совсем другой формат! Я не смогу нормально отдохнуть!
— Ты едешь на рыбалку, а не отдыхать от детей, — напомнила ему Надежда. — Или я что-то путаю?
В этот момент подъехал Вадим Петрович. Увидев внуков, уже одетых в курточки, он улыбнулся.
— О! А мы, я смотрю, сегодня с пополнением?
— Да, пап, — произнесла Надежда, опережая мужа. — Андрей решил, что детям пора приобщаться к природе. Покажет им основы рыболовства.
Лицо Вадима Петровича озарилось энтузиазмом.
— Правильно, Андрей! Молодец! Внучка, дедуля тебе на речке домик из веточек построит!
Андрей не нашёл, что возразить. Под одобряющий взгляд тестя и непробиваемо спокойное выражение лица жены он молча взял два детских рюкзака и посадил детей в машину.
Его собранный с вечера ящик с снастями пришлось перетряхивать, чтобы освободить место для памперсов для Светы, влажных салфеток, бутербродов в детских контейнерах и сменной одежды.
Надежда махнула им рукой и закрыла дверь. В квартире воцарилась тишина.
Женщина налила себе чашку кофе, села на диван с книгой и впервые за долгие месяцы прочитала три главы подряд, не отвлекаясь.
Тем временем на берегу лесного озера разворачивалась драма. Егор сразу же попытался залезть в воду.
Андрей едва успел его схватить за куртку. Пока он оттаскивал сына, Света, пытаясь повторить подвиг брата, шлёпнулась в грязь у самой кромки воды и заревела.
Вадим Петрович бросился успокаивать внучку. Пока горе-отец переодевал дочь, мальчик успел раскидать все блёсны из ящика тестя и запутал две лески.
Вадим Петрович, обычно невозмутимый, нервно вздыхал, пытаясь распутать узлы.
— Андрей, проследи за ребёнком! — впервые за всё время их знакомства повысил голос тесть, когда Егор потянулся к его дорогому удилищу.
Андрей усадил сына на раскладной стульчик.
— Сиди. Не двигайся.
Сын посидел ровно сорок секунд. Потом нужно было накормить детей. Бутерброды оказались смяты, яблоко Егор уронил в песок.
Света, уставшая от непривычной обстановки, капризничала и не хотела есть. Потом Егор захотел пить, затем в туалет, а потом Света снова захотела пить.
Рыбалки как таковой не получилось. Андрей за всё время сделал три заброса. Во время одного из них сын подбежал сзади и чуть не получил крючком по затылку.
Вадим Петрович, вместо того чтобы наслаждаться тишиной, бегал между внуками, пытаясь то одного занять, то другого развеселить.
Он смастерил Егору удочку из прутика, но тот, размахивая ею, чуть не снёс палатку.
Через три часа, которые показались Андрею вечностью, Вадим Петрович, уставший и испачканный, сказал:
— Знаешь, Андрей, может, на сегодня хватит? Дети устали. И я, честно говоря, тоже.
Зять молча кивнул. Он был готов к возвращению уже через час после приезда.
Обратная дорога была тихой. Дети, измотанные, мгновенно уснули на заднем сиденье.
Вадим Петрович смотрел в окно и молчал. Андрей чувствовал себя виноватым перед тестем.
Его прекрасная отговорка превратилась в суровое родительское испытание, которое он провалил с треском.
Дома Надежда помогла раздеть спящих детей и уложить их в кровати. Муж молча отнёс в кладовку ящик со снастями.
Он был грязный, уставший и раздражённый. Вадим Петрович, попив чаю, быстро собрался домой.
— Доча, в следующий раз… может, лучше по старинке без детей? — тихо сказал он Надежде на прощание в прихожей.
— Посмотрим, пап, — улыбнулась она.
Когда дверь закрылась, Андрей вышел на кухню. Жена мыла посуду.
— Ну как? — спросила она, не оборачиваясь. — Поймали много?
— Ты прекрасно знаешь, что ничего мы не поймали, — хмуро ответил мужчина. — Это был кошмар.
— Странно, ты же так любишь рыбалку. Говорил, главное — не улов, а процесс.
Андрей тяжело вздохнул и сел на стул.
— Ладно. Всё понятно. Ты раскусила меня.
— Да, — просто сказала Надежда, вытирая руки. — И довольно быстро. Ты слишком часто стал пропадать с отцом, хотя до этого не любил рыбалку.
Он ждал скандала, упрёков, но их не последовало. Супруга была спокойна.
— Я не против, чтобы ты отдыхал, Андрей. Но отдых — это два часа в парке с детьми, пока я хожу по магазинам. Или твоя поездка на футбол с друзьями. Это честно и справедливо. А прикрываться моим отцом и его увлечением, чтобы сбежать от родительских обязанностей на целый день, — нечестно. И по отношению ко мне, и к отцу, и к детям.
Андрей молча кивнул. Спорить было не о чем.
— Хочешь, я договорюсь с папой, чтобы вы ездили раз в месяц? По-настоящему, без детей? — предложила Надежда.
Мужчина посмотрел на неё и покачал головой.
— Нет. Не надо.
— Почему?
— Потому что я, кажется, только сейчас понял, что я на самом деле не люблю рыбалку, — признался он.
С тех пор выходные в их семье изменились. Андрей перестал исчезать на целые дни.
Теперь он честно договаривался с Надеждой: в субботу утром он гулял с детьми в парке или водил их в зоопарк, а она в это время занималась своими делами.
Порой он брал Егора и шёл на детскую площадку, чтобы Надежда могла поспать со Светой подольше.
Вадим Петрович иногда заходил в гости, но разговоры о рыбалке как-то сами собой сошли на нет.
Теперь они с Андреем чаще обсуждали ремонт в квартире или новые модели автомобилей.
Однажды, уже глубокой осенью, Вадим Петрович, глядя на играющих внуков, сказал Надежде:
— А ведь Андрей стал больше с детьми возиться. Молодец. Раньше-то он всё на рыбалку сбегал.
Дочь лишь улыбнулась в ответ.
— Да, пап. Просто раньше он не понимал, что настоящий отдых — это не сбегать от своих, а находить с ними общий язык.
