Илья смотрел на горящий экран монитора и не чувствовал ровным счетом ничего: ни гордости, ни триумфа, ни даже простого удовлетворения.
Была лишь усталость, разлитая по всему телу. Успех, которого он так жаждал, оказался безвкусным. И виной тому была сестра, Светлана.
Все началось три года назад с безумной идеи, родившейся за кухонным столом в их общей, тогда еще съемной, квартире.
Брат и сестра, Илья и Светлана, всегда были не просто родственниками, а друзьями, почти сообщниками.
Он – технический гений, а она – душа компании, с быстрым умом и даром убеждения, умевшая продать что угодно и кому угодно.
– Представь, – говорил Илья, размахивая руками, – собственная линейка экологичной косметики для мужчин. Не этот массмаркет с отдушками, а настоящая, честная продукция. Минималистичный дизайн, натуральные масла, никакой жесткости.
Светлана, попивая вечерний чай, скептически хмыкала:
– Мужчины? Они ночной крем от дневного отличают только по надписи. Ты уверен?
– Абсолютно! – восклицал Илья. – Рынок созрел. Нужно только сделать все идеально. Название будет… “Вершина”, как символ качества.
Идея захватила их с головой. Они работали сутками. Илья дни и ночи проводил в лаборатории (переоборудованном гараже друга), выверяя составы, тестируя текстуры, брендируя каждую баночку.
Светлана занималась всем остальным: искала поставщиков, договаривалась о первых точках продаж, вела соцсети.
Их маленькое ООО “Вершина” было зарегистрировано с равными долями по 50%.
Первый год для них был адом. Деньги заканчивались, кредиты висели, а первые партии расходились вяло.
Постоянный стресс и усталость начали делать свое дело. Их знаменитые кухонные посиделки теперь все чаще напоминали военные советы, а затем и просто перепалки.
– Мы не можем ставить на полку продукт, который не прошел все тесты на стабильность! – упрямо твердил Илья в ответ на очередное требование сестры “выпускать уже хоть что-то”. – Еще месяц, Света, я прошу.
– Месяц? Нам уже через две недели платить за аренду склада! – голос ее срывался. – Инвесторы не будут ждать, пока ты достигнешь нирваны с твоим кремом для бритья! Нужно продавать то, что есть!
Разногласия из деловой сферы медленно переползали в личную. Они перестали звонить друг другу просто так, не смеялись над старыми шутками, на семейных праздниках отсиживались в разных углах.
Общее дело, которое должно было их объединить, раскалывало их надвое. И вот однажды, после особенно тяжелого разговора с кредитором, Светлана пришла к Илье в офис. Она выглядела измотанной и решительной.
– Я не могу больше, Ильюша, – тихо сказала сестра, опускаясь в кресло.
Илья смотрел на нее, чувствуя, как сжимается сердце. Он понимал ее и сам был на грани.
– Я знаю. Но мы же почти…
– Нет, – она резко перебила. – Я не о паузе. Я хочу выйти из бизнеса и продать свою долю.
В воздухе повисла тишина. Илья не верил своим ушам.
– Ты шутишь? Сейчас, когда мы вложили все?
– Я вложила в это три года жизни, свои нервы и все свои сбережения! – вспылила она. – У меня нет больше сил биться головой о стену. Я хочу спокойной жизни, зарплаты, которую платят два раза в месяц, а не надежды на светлое будущее. Устала я, Илья.
Они говорили долго, порой на повышенных тонах, порой почти шепотом. Говорили о деньгах, которые она вложила, и о ее вкладе в развитие.
В итоге брат и сестра сошлись на сумме. Она была значительной, почти разорительной для Ильи на тот момент, но он согласился.
Для него “Вершина” была детищем и делом жизни. Он был готов на все, чтобы продолжить.
Он взял огромный кредит, чтобы выкупить ее 50%. Подписание документов прошло холодно и официально, в присутствии юриста.
Когда Светлана ставила свою подпись, Илья поймал ее взгляд и увидел в нем не облегчение, а печаль. Они обнялись на прощание сухим, формальным объятием.
– Удачи, брат, – сказала она, не глядя ему в глаза.
– И тебе, Света.
С этого дня Илья остался один. Один на один со своими долгами и суровой реальностью.
И именно тогда, избавившись от постоянного напряжения и конфликтов, он смог, наконец, полностью сосредоточиться на своем продукте.
Его одержимость дала плоды. Косметика “Вершина” нашла своего потребителя – того самого вдумчивого мужчину, готового платить за качество.
Пошли положительные отзывы, сначала робко, потом лавиной. Появились крупные заказы от премиальных барбершопов и магазинов косметики.
Илья нанял маленькую, но преданную команду. Он научился партнеров. Бизнес, который едва дышал, сделал первый глубокий вдох, а потом рванул в гору.
Через два года после ухода Светланы “Вершина” была уже узнаваемым брендом в своей нише.
Кредиты были погашены, прибыль росла. Илья купил себе хорошую квартиру, сменил старую машину.
Он стал успешным, хоть и по-прежнему одиноким. И вот в один из таких вечеров, когда мужчина анализировал квартальные отчеты, раздался звонок на его личный номер.
Илья увидел на экране имя “Света”. Сердце екнуло. Они не общались все это время, лишь изредка пересекаясь на днях рождения родителей, где ограничивались парой вежливых фраз.
– Привет, – голос ее звучал тепло, почти по-старому. – Как дела?
– Привет. Все нормально. Дела… хорошие, – осторожно ответил Илья.
– Я вижу, я вижу! – воскликнула она. – Читала про вас в одном журнале. Поздравляю! Горжусь тобой!
Они поговорили несколько минут о пустяках, о родителях и о здоровье. Илья понемногу оттаивал. Было приятно слышать ее голос.
– Слушай, Ильюша, – голос Светланы внезапно стал деловым. – Я к тебе с одним предложением. Давай встретимся и все обсудим.
Они встретились в тихом дорогом ресторане, недалеко от нового офиса Ильи. Светлана выглядела прекрасно – стильная стрижка, дорогой костюм.
Но в ее глазах была та самая расчетливая искорка, которую Илья узнавал еще с детства, когда она собиралась его в чем-то убедить.
– Я очень рада твоему успеху, – начала она, отхлебывая латте. – Ты гений, я всегда это знала.
– Спасибо, – кивнул Илья. – Но ты же не за этим позвала меня?
– Прямолинейный, как всегда. Хорошо. Дело в том, Илья, что мой уход тогда… был ошибкой. Я это поняла сейчас, видя, во что превратился наш проект.
– Наш проект? – Илья насторожился.
– Ну да. Ведь фундамент-то закладывали мы вместе. Я работала над этим не меньше твоего. Я нашла первых клиентов, я выстроила первоначальные отношения. По сути, я создала ту бизнес-модель, которую ты так успешно развиваешь сейчас.
Илья смотрел на нее, не веря своим ушам. Он чувствовал, как по спине побежали мурашки.
– Света, мы все уладили. Ты сама захотела уйти. Мы подписали все документы. Ты продала свою долю за полную стоимость.
– Я продала долю в убыточном проекте с грузом долгов! – ее голос зазвенел. – Я не продавала свои идеи, свой труд, свое ноу-хау, которые сейчас приносят тебе миллионы. По справедливости, я имею право на часть того, что заработано на базе того, что создала я.
В ресторане было тепло, но Илья почувствовал ледяной холод внутри. Он отставил бокал с водой, боясь, что дрожащие руки его выдадут.
– Ты хочешь сказать… ты требуешь у меня денег? Сейчас? После всего?
– Я не требую, Илья. Я говорю о справедливости и о моральном долге. Ты же не хочешь, чтобы я чувствовала себя обманутой и чтобы все наши общие знакомые, вся семья узнали, как ты воспользовался моей слабостью в трудную минуту и выкинул меня из бизнеса за копейки?
Это был ультиматум, прикрытый сладкими речами о справедливости и моральном долге.
Илья увидел перед собой не сестру, а хищницу, которая учуяла запах денег и пришла за своей долей добычи.
– Светлана, – его голос был тихим и очень твердым, – ты совершила единственную ошибку в жизни – ты не верила в нас, в меня. Когда было тяжело, ты сбежала. Я остался. Я один бился с долгами, я не спал ночами, я доводил продукт до ума. Я рисковал всем и вытянул это один. А теперь, когда все налажено и пахнет деньгами, ты приходишь и говоришь о справедливости? Какая справедливость? Справедливость была в том договоре, который мы подписали!
Ее лицо исказилось. Маска доброжелательности и приторной вежливости спала.
– Не делай из себя святого, Илья! Без меня у тебя бы ничего не было! Ты был бы вечным лузером в своем гараже с пробирками! Я сделала тебя!
– Ты сделала только одно – ты сломала нас, а потом ушла. И сейчас ты хочешь добить то, что осталось. Денег ты от меня не получишь, ни копейки. Юридически я чист, а морально… У нас с тобой больше нет никаких моральных обязательств.
Светлана встала, ее глаза блестели от ярости и обиды.
– Прекрасно. Значит, так. Ты сам все решил. Надеюсь, твои деньги согреют тебя, братец. Больше ты меня не увидишь!
– Прощай, Светлана, – сказал он, глядя ей в спину.
Сестра ушла, громко стуча каблуками. Илья остался сидеть за столиком, глядя на ее недопитый кофе.
Он понимал, что только что похоронил последнее то, что связывало его с сестрой, с тем человеком, с которым он делил не только кровь, но и мечты.
С их последней встречи прошло несколько месяцев. Брат и сестра больше не общались.
Родители, пытавшиеся было помирить их, вскоре отступили, поняв всю бесперспективность.
Илья продолжал работать. “Вершина” росла и процветала. Но для него она теперь была не символом достижений, а памятником потери.
Мужчина выиграл “войну” за бизнес, но проиграл в ней все, что делало этот бизнес имеющим смысл.
