Мы встречались уже четыре месяца. Может показаться, что это недолго, но этого более чем хватило, чтобы химия первых свиданий сменилась разговорами о совместной жизни. Игорь казался надёжным, рассудительным мужчиной. Он не разбрасывался деньгами, но и не считал каждую копейку в кафе. У него была хорошая должность, ухоженная машина и съёмная квартира на другом конце города.
Что касается меня, у меня была собственная двухкомнатная квартира, доставшаяся мне от бабушки, в которую я вложила душу, все свои сбережения и три года бесконечных ремонтов. Я жила одна, наслаждалась своим уютом и, честно говоря, не спешила впускать кого-либо в своё личное пространство. Но любовь, как известно, притупляет осторожность.
Разговоры о совместной жизни начались постепенно. Сначала он стал чаще оставаться у меня на выходных. Потом привёз свою зубную щётку, затем в ванной появился его бритвенный станок, а на стуле — “дежурная” рубашка. И вот, одним осенним вечером, когда за окном лил дождь, а мы уютно ужинали на моей кухне, Игорь высказал своё “выгодное предложение”.
«Слушай», — начал он, накалывая вилкой кусок мяса, которое я приготовила, — «Я прикинул — как-то глупо продолжать платить почти сорок тысяч за съём, когда ты живёшь одна. Мы и так почти всё время проводим у тебя, может, мне просто переехать окончательно? Я сдам свою квартиру хозяину и начну откладывать эти деньги. Нам нужно думать о будущем.»
С одной стороны, это звучало логично. Совместная жизнь — естественный этап отношений. С другой стороны, фраза «начну откладывать эти деньги» мне немного не понравилась, но я решила не придираться.
«В принципе, можем попробовать», — осторожно ответила я. «Вдвоём веселее, и вести хозяйство проще.»
А потом он сказал то, что за одну секунду перевернуло всё моё представление о нём.
«Но давай сразу договоримся вот о чём», — сказал Игорь, подняв палец для важности. — «Я не хочу этого общего котла, путаницы с деньгами и ссор из‑за того, кто больше съел. Мы взрослые, современные люди. Каждый покупает себе продукты и бытовые мелочи. У нас разные вкусы. Зачем усложнять? Одна полка в холодильнике моя, одна твоя.»
Я отложила вилку. Аппетит пропал моментально.
Счастье было так близко…
Я посмотрела на мужчину, рядом с которым собиралась засыпать и просыпаться каждый день, и попыталась осмыслить услышанное.
Он предлагал бесплатно жить на моей территории. Пользоваться моей мебелью, техникой, водой, электричеством и интернетом, но продукты делить — как студенты в общаге?
«Подожди», — сказала я медленно. — «Ты хочешь жить как семья, но вести бюджет как соседи по коммуналке? То есть если я сварю борщ — налью только себе? А если у тебя закончится порошок, ты не воспользуешься моим, а побежишь в магазин?»
«Почему ты преувеличиваешь?» — скривился Игорь. — «Я просто считаю, что раздельный бюджет — это справедливо. Я коплю на машину, ты тратишь свои деньги на себя. Никто никого не содержит. Разве не за такое равенство вы, женщины, так боролись?»
Какое удобное слово. Только в его интерпретации это выглядело как игра в одни ворота. Он избавился бы от самой крупной своей траты — аренды — и получил бы комфорт, уют и женщину рядом. А что получила бы я? Постороннего человека на своей кухне, следящего, чтобы я не взяла его кусок сыра.
Я сказала ему, что мне нужно время подумать. Игорь удовлетворённо кивнул, уверенный, что его доводы неоспоримы, и пошёл смотреть телевизор в гостиной.
В ту ночь я почти не спала. Всё время вспоминала мелочи, на которые раньше не обращала внимания.
Вот мы были в кино: он купил билеты, а я купила себе попкорн сама, потому что «он не хотел». Или в супермаркете: он взял себе дорогой кофе и на кассе попросил пробить отдельные чеки, потому что «я еще взял пену для бритья, почему ты должна за это платить?» Раньше все это казалось мне просто педантичностью.
К утру у меня был план. Я поняла, что если он хочет рыночных отношений, то именно это он и получит. Полностью, без скидок за «любовь» или «мы — пара».
Так сложно найти понимающую женщину
На следующий вечер Игорь пришел со своими вещами. Он светился, уже предвкушая свою новую экономную жизнь.
«Ну что, хозяйка, встречай нового жильца!» — весело выкрикнул он с порога.
«Проходи, располагайся», — спокойно ответила я. «Чаю хочешь? Твой или мой?»
Он усмехнулся, не уловив сарказма. «Да ладно, угости по старой дружбе».
Мы сели на кухне. Я достала заранее распечатанный листок и ручку.
«Игорь, я подумала над твоим предложением насчет отдельной еды и отдельных полок в холодильнике. Знаешь что? Я совсем согласна. Это очень современно и разумно. Без обид, каждый платит за себя».
Он довольно улыбнулся и потянулся за печеньем — моим, кстати.
«Рада, что мы друг друга понимаем», — продолжила я. «Раз уж переходим на товарно-денежный формат — полный кэш-энд-кэрри — я подготовила тебе смету.»
Я положила перед ним список расходов на проживание в моей квартире.
Краткосрочный договор проживания
Аренда жилплощади — 20 000 в месяц
Коммунальные услуги: электричество, вода, отопление, интернет, вывоз мусора, обслуживание дома — делятся строго пополам согласно использованию
Уборка (бытовое обслуживание) — 5 000
Расходники: туалетная бумага, средство для мытья посуды, таблетки для посудомойки, лампочки — 1 000
Всего к оплате:
26 000 плюс коммунальные, оплата за месяц вперед.
Игорь прочитал и его улыбка медленно сошла с лица, сменившись сначала полным недоумением, а потом злостью.
«Ты издеваешься?» — швырнул он бумагу на стол. «Какая аренда? Мы встречаемся! Я твой мужчина!»
«Подожди», — сказала я, изобразив удивление. «Но это ты сам сказал: никаких общих кастрюль, каждый сам за себя. Ты хочешь жить на моей территории, но не хочешь делить со мной расходы на продукты. Почему я должна субсидировать твое проживание? Если мы семья, то у нас общий бюджет и общие цели.»
«Это же корысть!» — взорвался он. «Я к тебе всей душой пришёл, я хотел построить семью, а ты мне счет за туалетную бумагу предъявляешь! Мелочная ты! Это смешно!»
«А считать, кто сколько йогуртов съел — это не смешно?» — парировала я. «Игорь, ты хотел сэкономить сорок тысяч на своей аренде за мой счет. Ты хотел бесплатную домработницу и секс, но жадничал на общую еду.»
Он вскочил и начал расхаживать по кухне.
«Я думал, что у нас есть чувства, а тебе только выгода нужна. Обычная женщина бы радовалась просто потому, что рядом мужчина.»
«Обычный мужчина», — резко перебила я, «когда приходит в дом к женщине, старается облегчить ей жизнь, а не усложнить, считая копейки над супом. Если тебя это не устраивает — рынок аренды огромный. Сними себе квартиру, купи себе продукты и ешь их там один.»
Не получилось. Просто не получилось.
Игорь не остался пить чай. Молча, фыркая с уязвлённой гордостью, он вышел в коридор. Те же самые сумки, которые он так радостно внёс, снова оказались на его плечах.
«Я ошибался в тебе», — бросил он мне, стоя в дверях. «Тебе важны только деньги. Ты останешься одна со своей квартирой и счетами.»
«Зато я останусь одна с полным холодильником, который никто не опустошает, не вкладываясь в бюджет», — ответила я и захлопнула за ним дверь.
Я вернулась на кухню. Чай на столе остыл, и тот же «счёт» всё ещё лежал там.
Я не против того, чтобы мужчина жил со мной, но семья — это «наше», а не «моё» и «твоё» под одной крышей.
Если бы он сказал: «Дорогая, позволь мне оплачивать коммунальные услуги и покупать продукты, ведь я живу у тебя бесплатно», я бы не сказала ни слова.
Игорь исчез из моей жизни так же быстро, как и появился, и теперь я точно знаю: лучше быть «жадной» хозяйкой своей жизни и квартиры, чем «удобной» бесплатной служанкой для мужчины, который жалеет тебе даже картошку.