«Наталья Николаевна, простите за бестактность, но как вы там держитесь? Справляетесь? Пьёте валерьянку?»
Голос Сергея Борисовича, владельца сети автосервисов и моего давнего клиента, по телефону звучал осторожно, с легкими нотками сочувствия.
«Доброе утро, Сергей Борисович. Я пью кофе», — сказала я, сделав глоток из своей чашки. «Мне стоит пить валерьянку?»
«Ну, Герман Эдуардович позвонил мне минут тридцать назад. Сказал, что после развода вы стали эмоционально нестабильной. Плачете, путаете сметы, срываетесь на персонал. Поэтому он, как настоящий джентльмен, берёт деловые вопросы в свои сильные профессиональные руки. И попросил, чтобы все новые контракты переоформлялись напрямую на него. На новый счет.»
Я аккуратно поставила чашку обратно на блюдце. Внутри не было ни злости, ни обиды. Лишь лёгкое удивление энтомолога, наблюдающего, как майский жук с разбега врезается в бетонную стену. Потеряв квартиру и зарплату, которой он пользовался как номинальный директор, Герман решил украсть единственное, до чего мог дотянуться — мою репутацию.
«Пожалуйста, перешлите мне его письмо», — спокойно попросила я.
В тот вечер мы с Дашей сидели на кухне и изучали литературный шедевр моего бывшего мужа. Письмо изобиловало словами вроде «стратегия», «оптимизация» и «перезапуск партнёрских отношений».
«Мам, честно», — вздохнула дочка, увеличивая на планшете подпись Германа. — «Ты уволила “генерального директора”, но забыла самую элементарную вещь.»
«Какую элементарную?»
«Информационная гигиена. Когда увольняешь ключевого сотрудника, сначала меняешь пароли, закрываешь доступы к облакам и базам данных и рассылаешь клиентам официальное уведомление о том, кто теперь ведёт дела. А Герман откопал твой старый резервный email на бесплатном домене и спамит по контактам трёхлетней давности.»
«Ты предлагаешь позвонить ему и устроить скандал?» — фыркнула я.
«Ни в коем случае», — сказала Даша, откладывая планшет. — «Зачем тратить энергию на папин теневой театр? Просто покажем клиентам, где настоящий вход. Разошлём нормальное объявление. А с этим автосервисом… пусть сам себе яму роет.»
Сергей Борисович оказался человеком с чувством юмора и деловой хваткой. Пустых, помпезных слов он не любил, но свои деньги ценил очень высоко. Поэтому он просто устроил встречу с Германом в лобби-баре бизнес-центра, чтобы «обсудить новые перспективы». Потом прислал мне адрес и время с короткой запиской: «Заглядывай в три. Послушаем солиста вместе.»
Я пришла ровно в три.
Герман сидел в глубоком кресле, раскинув руки так широко, будто собирался обнять весь малый бизнес Москвы. На нём был его лучший синий пиджак. За соседним столиком, прячась за фикусом и уже минут сорок потягивая одну чашку американо, сидела Маргарита Васильевна. Видимо, она пришла проследить за возвращением сына в статус кормильца.
«…и поэтому, Сергей Борисович, я готов предложить вам эксклюзивную двадцатипроцентную скидку на полное юридическое сопровождение», — провозгласил Герман бархатным голосом, протягивая через стол старую визитку. — «Наталья сейчас не в состоянии. Ей нужен отдых. А я возвращаю бизнес на стабильный курс.»
«Интересное предложение, Герман Эдуардович», — сказал Сергей Борисович, почесывая подбородок. — «Скажите, в нашем нынешнем договоре от марта какой процент неустойки мы установили для поставщиков?»
Герман заморгал. Улыбка на его лице слегка застыла.
«Э-э… стандартный, Сергей Борисович. Рыночный.»
«Ноль целых одна десятая процента за каждый день просрочки», — сказала я, подходя к столу. — «Но не более десяти процентов от общей суммы акта. Добрый день, господа.»
Сергей Борисович сразу встал и подвинул мне стул.
Герман побледнел. Его уверенность начала стремительно сдуваться, как проколотый шарик.
«Наталья?» — прошипел он сквозь зубы. «Что ты здесь делаешь? Это деловая встреча.»
«Я пришла посмотреть, как ты продаёшь мои услуги, Гера», — сказала я, садясь и кладя руки на стол. «Продолжай. Какие ещё скидки ты собирался раздать за мой счёт?»
«Не устраивай сцен, Наталья!» — Герман попытался нахмуриться, чтобы выглядеть суровым. «Я просто хотел вернуть наш бизнес в нормальные мужские руки! Без лишних эмоций!»
«Гера», — я посмотрела на него с лёгкой жалостью, — «бизнес — это не кастрюля борща. Его нельзя просто взять только потому, что ты ворвался на кухню громче всех и надел красивый фартук.»
Из-за фикуса раздался возмущённый фырканье. Маргарита Васильевна больше не смогла сдерживаться. Она бросила свой американо и налетела на наш стол, как ястреб.
«Это неправда!» — воскликнула она, потрясая своей сумочкой. «В мои времена клиенты шли к тому, у кого был харизма! У Геры есть хватка! В моей чебуречной на Сухаревской я так давила авторитетом, что даже ОБХСС ходил по струночке! Давай, Герочка!»
Я перевела взгляд на свою бывшую свекровь.
«Маргарита Васильевна», — мой голос был тихим, но вдруг все в лобби-бара могли слышать меня очень чётко. «В ваши времена клиент мог ещё поверить, что в чебуреке есть мясо только из-за вашей харизмы. Сейчас люди читают договоры.»
Сергей Борисович не сдержался и открыто рассмеялся.
«Знаете, Наталья Николаевна», — сказал он, вставая из-за стола, — «после сегодняшнего дня я понял одну важную вещь. С вами как-то спокойнее. Вы не обещаете золотые горы, скидки или эксклюзивы. Вы просто знаете, где лежат документы. Я буду ждать от вас сегодня вечером дополнительное соглашение для нового филиала.»
Он кивнул мне, бросил презрительный взгляд на Германа и направился к выходу.
Герман сидел, уставившись в свою пустую чашку из-под кофе. Весь его лоск улетучился. Наконец стало ясно: уважение нельзя напечатать на картоне, а профессионализм не передаётся автоматически вместе с фамилией мужа.
«Пойдём, Герочка», — мрачно скомандовала Маргарита Васильевна, подтягивая свитер. «Не бросай бисер перед свиньями. А по дороге зайдём в Пятёрочку. Сегодня гречка по акции. Я много не унесу.»
Герман молча встал и поплёлся за матерью к дверям.
«Сэр! Простите!» — к ним подбежал официант в ослепительно белой рубашке. «Вы забыли свои карточки на столе!»
Он протянул Герману стопку старых визиток с гордой надписью: «Генеральный директор». Мой бывший муж вырвал их из рук официанта так резко, что несколько карточек упали на ковёр. Он их не поднял.
Через полчаса я уже была в своём офисе. Я включила ноутбук, сделала глоток свежего кофе и открыла почту. Самое верхнее письмо было от Сергея Борисовича — подтверждение нового, очень выгодного контракта.
Я откинулась на спинку кресла и улыбнулась. Мой бывший муж пытался украсть у меня клиентов и значимость, но в итоге… в итоге он блестяще всем показал, кто в этой истории был просто декорацией, а кто — настоящий директор.