user user 
— Опять возишься со своими натюрмортами? — голос Игоря, как всегда, прозвучал неожиданно, вырвав меня из хрупкой концентрации. Я вздрогнула, и веточка розмарина, которую я так тщательно укладывала на тарелке, соскользнула, оставив на белоснежном фарфоре зеленый маслянистый след. — Игорь, я же просила… — Да ладно тебе, Лен, — он подошел сзади, обнял за плечи … Read more
— Салат пересолен. Как и все в этом доме, — голос свекрови, Лидии Павловны, резанул по нервам, хотя не содержал и капли злости. Только усталую, змеиную констатацию факта. Она аккуратно отодвинула тарелку с почти нетронутым «Цезарем». Мой муж, Сергей, тут же напрягся, его рука на столе сжалась в кулак. — Мам, Аня весь день готовилась, … Read more
— Вот, держи. Смятая тысячная купюра летит на кухонный стол и замирает у самой кромки, будто раздумывая, не упасть ли на пол. Я смотрю на нее, потом на Стаса. Он уже застегивает свои безупречные запонки, отражаясь в глянцевом фасаде гарнитура. — Думаю, на пару дней тебе хватит. Сильно не шикуй. Он не смотрит на меня. … Read more
Тарелка с ужином полетела в мусорное ведро. Звонкий удар фарфора о пластик заставил меня вздрогнуть. — Твои котлеты даже собака не ест, — рассмеялся муж, указывая на пса, который демонстративно отвернулся от предложенного ему кусочка. Дмитрий вытер руки о дорогое кухонное полотенце, которое я покупала специально под цвет новой мебели. Он всегда был одержим деталями, … Read more
— На твое лицо без слез не взглянешь, — бросил Анатолий, даже не повернувшись. Он затягивал узел галстука, глядя на свое отражение в темном экране телевизора. Нина замерла с чашкой в руке. Воздух в комнате вдруг стал плотным, вязким. Шестьдесят лет. В шестьдесят лет она впервые услышала эту фразу не как злую шутку, а как … Read more
— Мамочка, мы так тебя любим! — Алина потянулась через стол и сжала мою руку. Ее ладонь была прохладной, а ногти с идеальным маникюром впились в кожу чуть сильнее, чем того требовала дочерняя нежность. — Очень любим, — поддакнул Стас, ее брат, лениво ковыряя вилкой салат. — Переживаем за тебя. Я выдавила улыбку. Переживают они. … Read more
— Я навёл порядок на балконе, — голос мужа, Сергея, был полон самодовольного удовлетворения. Он бросил ключи от машины на комод, и они звякнули с такой силой, будто он забил победный гол. Аня замерла в дверях комнаты. Она не сразу поняла, что именно в его фразе заставило все внутри похолодеть. Порядок? Её ноги сами понесли … Read more
— Лена, нам придется расстаться. Геннадий произнес это с той самой отеческой мягкостью в голосе, которую он включал, когда собирался провернуть очередную гадость. Он откинулся на спинку своего массивного кресла, сплетя пальцы на животе. — Мы решили, что компании нужен свежий взгляд. Новая энергия. Ты же понимаешь. Я смотрела на него, на его холеное лицо, … Read more
— Обои здесь новее, — сказала я, проводя пальцами по стене за громоздким книжным шкафом. Пыль въелась в кожу. Олег устало отмахнулся, не оборачиваясь. — Аня, какая разница? Давай просто разберем ее книги и поедем домой. Мне кажется, этот дом пропитался запахом лекарств и смерти. Он был прав. Запах валокордина и сушеных трав, казалось, въелся … Read more
— У тебя пахнет, как в обувной мастерской, — голос дочери резанул без всякого «здравствуй». Аня стояла на пороге, брезгливо морща нос. Она не вошла, лишь заглянула в комнату, которую я превратила в свой мир. Мой мир, пахнущий кожей, воском и дорогим клеем. — Здравствуй, дочка, — я поднялась из-за стола, откладывая в сторону резец. … Read more