My CMS

— Снова к своей богачке? Голос двоюродной сестры Светланы сочился ядом, пока я натягивала пальто в коридоре. Я молча застегнула пуговицы. Отвечать не имело смысла. Это был их утренний ритуал. — Оставь ее, Света, — лениво протянула из комнаты тетя Алевтина, ее мать. — Человек делом занят. Милостыню подает. Смех у них получился громким, слаженным. … Read more

— Вам нужно отдохнуть, Галина Сергеевна, — пропела Инга, ставя на столик чашку с дымящимся отваром. — Нервы ни к черту, сами же жаловались. Ее голос — чистый мед, но в глубине ее глаз я давно научилась видеть осколки стекла. Я сидела в своем старом вольтеровском кресле, обивка которого помнила еще руки моего мужа. Наблюдала, … Read more

— Туда нельзя, — голос свекрови, Зои Анатольевны, ударил наотмашь, заставив меня замереть на полпути по коридору. Я всего лишь хотела поднять закатившуюся под старый комод брошь. Комод стоял как раз у той самой двери в конце длинного, редко используемого коридора. — Я только украшение свое подниму, Зоя Анатольевна. Она перегородила мне путь, встав как … Read more

— Ты же не думала, что это навсегда? Станислав Воронцов поправил шёлковый галстук — подарок Киры на его тридцатилетие. Он даже не смотрел на нее, его отражение в тёмном стекле шкафа, казалось, интересовало его куда больше. — Я думала, мы строим совместное будущее, — тихо ответила Кира Лебедева, обхватив себя руками в попытке удержать рушащийся … Read more

— Карина, ты бы хоть поела нормально, — голос свекрови, Зинаиды Аркадьевны, резанул по нервам, как тупым ножом. — А то совсем прозрачная стала. На что Дмитрий наш смотрит? Кожа да кости. Я медленно подняла глаза от тарелки с почти нетронутым салатом. За столом сидела вся семья Воропаевых. Мой муж Дима, его отец Геннадий Степанович, … Read more

— Продать. И давай без вот этих твоих трагических вздохов, Ксения. Голос Ростислава, мужа, резал по живому, пока я смотрела на старые липы за окном. Те самые липы, под которыми мы с бабушкой прятали «секретики» в детстве. — Рост, я же просила. Мы договорились не трогать эту тему. — Кто это «мы»? Я договорился? Я … Read more

— Подписывай, Ксения Аркадьевна, и покончим с этим фарсом. Родион небрежно пододвинул ко мне папку с документами. Его холеные пальцы барабанили по столу из красного дерева, а на губах играла та самая ухмылка, которую я возненавидела за последние годы. Ухмылка хищника, загоняющего жертву. — Что это? — я не прикоснулась к бумагам, чувствуя, как внутри … Read more

— Ну что, Соболева, получила свою долю? Голос золовки, Вероники Аркадьевны, сочился ядовитым мёдом даже через динамик телефона. Я прижимала трубку к уху плечом, продолжая методично скоблить ножом остатки скотча с крышки картонной коробки. Руки двигались сами по себе, пока сознание вязло в густом тумане последних недель. — Я была у нотариуса, Вероника. — Ах, … Read more

— Мой сын заслуживает королеву, а не тебя! Голос Инессы Аркадьевны, будущей свекрови, был лишён даже намёка на вежливость. Он резал воздух в маленьком, почти пустом кафе, где пахло корицей и разочарованием. Я медленно подняла взгляд от чашки с остывшим латте. Два года я терпела её уколы, списывая всё на материнскую ревность. Два года я … Read more

— И что это за баловство? Голос свекрови, Раисы Игоревны, ударил наотмашь, хотя был тихим. Она стояла на пороге моей кухни, словно ревизор, скрестив на груди руки и поджав тонкие губы. Я как раз достала из духовки противень. Аромат пряных трав, плавленого сыра и румяного теста заполнил воздух. Мои первые, пробные пирожки. С начинкой из … Read more